Слухи о возможной смене главы Федеральной резервной системы всё громче, а в этом контексте имя Рика Ридера неожиданно появляется в списке потенциальных кандидатов. Ридер известен как главный инвестиционный стратег BlackRock, где он руководит управлением облигаций более 2 трлн долларов. Его репутация построена на способности находить возможности в периоды рыночных стрессов, а также на умении выстраивать долгосрочные портфели с низким уровнем риска. Вопрос, может ли такой финансовый аналитик стать центральным банкиром, захватывает внимание как инвесторов, так и политиков.
Рик Ридер пришёл в BlackRock в 2003 году, начав карьеру в отделе фиксированного дохода. С 2015 года он возглавляет глобальное подразделение облигаций, которое в 2023 году контролировало 2,1 трлн долларов активов, что делает его одним из самых влиятельных игроков на рынке долговых ценных бумаг. За период с 2019 по 2022 год портфель под его руководством демонстрировал среднегодовой доход в 6,4 %, значительно превышая средний показатель Bloomberg Barclays US Aggregate Index — 4,8 %. Эти цифры укрепили его статус “короля облигаций” и привлекли внимание руководителей центральных банков, ищущих экспертов, способных управлять инфляционными давлениями.
Процесс назначения главы ФРС традиционно сосредоточен на кандидатах с опытом в академии или в государственном секторе. Тем не менее, в последние годы наблюдается смещение фокуса в сторону практиков, способных быстро реагировать на рыночные сигналы. Примером может служить назначение Джерома Пауэлла в 2018 году, когда его опыт в управлении активами сыграл ключевую роль в формировании политики после финансового кризиса 2008‑го. В этом контексте Ридер рассматривается как “darkhorse” — кандидат, который не входит в традиционный список, но обладает навыками, потенциально полезными для текущей инфляционной среды.
Если бы Ридер получил пост председателя, его подход к монетарной политике, вероятно, был бы более ориентирован на рынок облигаций. Он неоднократно подчёркивал важность “покрытия долга” и говорил о необходимости поддерживать “достаточный спрос на долгосрочные ценные бумаги”. При таком подходе можно ожидать более осторожного повышения ставок, чтобы не разрушать ценовую стабильность на рынке фиксированного дохода. Сравнительно, в 2022 году ФРС повысила ставки на 75 базисных пунктов, что привело к росту доходности 10‑летних казначейских облигаций до 4,3 % — уровень, который Ридер назвал бы “избыточным”.
Рынок уже реагирует на такие спекуляции. В течение недели после появления первых сообщений о Ридере в СМИ, спот‑рынок 10‑летних казначейских облигаций проскользнул с 4,12 % до 4,03 %, а индекс волатильности VIX упал на 6 баллов, сигнализируя о снижении неопределённости. Доллар США укрепился против евро на 0,4 %, а цены на нефть слегка подросли, отражая ожидание более сбалансированной политики. Инвесторы, привыкшие к агрессивному циклу повышения ставок, видят в Ридере потенциальный стабилизатор, способный удержать инфляцию в рамках целевого диапазона 2‑3 %.
В конечном итоге, вопрос о том, станет ли Рик Ридер «темной лошадью» для ФРС, остаётся открытым. Его опыт в управлении триллионными активами и глубокое понимание рынка облигаций могут предложить свежий взгляд на монетарную политику. Однако отсутствие опыта в государственном управлении и в академических кругах может стать препятствием в глазах конгрессменов и президента. Если же кандидатура получит поддержку, ожидается, что её влияние проявится в более умеренных темпах повышения ставок и в акценте на долговую устойчивость, что, в свою очередь, может смягчить волатильность финансовых рынков и поддержать рост реального сектора. Вывод таков: Ридер может стать неожиданным, но потенциально эффективным руководителем ФРС, способным соединить рыночные реалии с мандатом центрального банка.
