Технологический сектор США в последние недели продемонстрировал заметный откат: индекс Nasdaq Composite упал на 3,2 % с 15 000 пунктов до 14 500, а акции лидеров – Apple, Microsoft и Nvidia – потеряли в среднем по 4 % своей стоимости. Параллельно индекс Dow Jones Industrial Average поднялся на 1,8 % до 35 200 пунктов, а компании из традиционных отраслей, такие как Caterpillar, 3M и General Electric, продемонстрировали рост от 2 % до 5 % в течение того же периода. Такое дивергентное движение отражает переоценку инвесторами риска и доходности в условиях меняющейся макроэкономической обстановки.
Одним из главных драйверов падения технологических акций стала резкая коррекция после рекордных прибылей в 2023‑м году, когда доходы компаний в сфере полупроводников выросли на 28 % до $220 млрд. Показатели инфляции в США, зафиксированные в феврале 2024 года, составили 4,1 % в годовом исчислении – самое высокое значение за последние два десятилетия. Рост процентных ставок ФРС до 5,25 % заставил инвесторов искать более «защищённые» активы, а не ростовые акции с высоким мультипликатором. Кроме того, опасения по поводу дефицита полупроводников, вызванного задержками в производстве на фабриках в Тайване, усилили волатильность в технологическом индексе.
Промышленный сектор, в свою очередь, получил поддержку от укрепления спроса в сфере инфраструктуры и производства. В марте 2024 года Министерство транспорта США объявило о планах инвестировать $150 млрд в модернизацию железных дорог, а закон о строительных проектах, подписанный в конце 2023 года, предвещает дополнительный объём в $200 млрд на новые мосты и автодороги. Эти меры уже отразились в заказах компаний, занимающихся тяжелым оборудованием: общий объём заказов Caterpillar вырос до $28 млрд, что на 12 % больше, чем в аналогичном квартале прошлого года. Аналогичный рост наблюдается у производителей стали – их экспортный показатель в первой половине 2024 года достиг $45 млрд, превысив плановый уровень на 7 %.
Для инвесторов такие контрасты открывают несколько стратегических возможностей. Во-первых, перераспределение капитала из роста в доходные активы может улучшить портфельный баланс: компании с дивидендной доходностью выше 3 % (например, 3M с 4,2 % и Union Pacific с 3,8 %) становятся более привлекательными в условиях высоких ставок. Во-вторых, инвесторы, ориентированные на долгосрочный рост, могут рассмотреть «покупку на спаде» в технологическом секторе, особенно в тех компаниях, чьи фундаментальные показатели остаются сильными: у Nvidia прогнозируемый выручка за FY2025 составляет $38 млрд при росте спроса на ИИ‑чипы. Наконец, секторы, связанные с инфраструктурой, могут обеспечить защиту от инфляции, поскольку их цены часто индексируются на рост затрат, а правительственные программы гарантируют стабильный поток заказов.
Важно помнить, что текущая волатильность не отменяет рисков. Ожидания по поводу дальнейшего ужесточения монетарной политики могут вызвать дополнительное давление на технологический рынок, а геополитические напряжённости в Азии могут нарушить цепочки поставок. С другой стороны, задержки в реализации инфраструктурных проектов или снижение государственных расходов могут замедлить рост промышленных компаний. Поэтому инвесторы должны тщательно следить за макроэкономическими индикаторами, уровнями ставок и геополитическими новостями, корректируя позиции в реальном времени.
В заключении можно сказать, что падение технологического сектора и рост индустриального — это не просто случайные колебания, а отражение более глубоких экономических тенденций. Перераспределение капитала в сторону активов, менее чувствительных к ставкам, уже наблюдается в портфелях крупных фондов. Для частных инвесторов это сигнал к переоценке стратегии: стоит увеличить долю дивидендных и инфраструктурных акций, не упуская при этом возможности купить качественные технологические компании по более низким ценам. Правильный баланс между доходностью и ростом поможет выдержать текущую неопределённость и извлечь выгоду из двойного движения рынка.