В ближайшую неделю самое опасное, что вы можете сделать, — это поспешно вывести все свои сбережения из банков и инвестиций, заменив их наличными. На первый взгляд кажется, что держать деньги «под матрасом» защищает от банковского риска, однако массовый отток капитала мгновенно превращается в давление на финансовую систему. В 2008‑м году, когда инвесторы вывели из рынка акций более 1,2 трлн долларов за два месяца, индекс S&P 500 упал почти на 30 %. Аналогичный сценарий в марте 2020 года привёл к однодневному падению Nasdaq на 12 % после массовых продаж в объёме 400 млрд долларов. Такие цифры показывают, насколько быстро ликвидность исчезает из системы, когда люди перестают доверять банкам.
Вывод средств в виде наличных не только уменьшает объём депозитов, но и заставляет центральные банки повышать ставки, чтобы поддержать кредитование. За последние 20 лет Федеральная резервная система США поднимала процентную ставку в среднем на 1,8 % каждый раз, когда объём депозитов в коммерческих банках сокращался более чем на 10 %. При текущем уровне денежной массы в США — около 22 трлн долларов — снижение депозитов даже на 5 % может сократить кредитные линии бизнесу на 150 млрд долларов. Для России, где объём банковских активов составляет примерно 80 трлн рублей, аналогичный отток может обрушить рост ВВП на 0,5 % в квартал.
Последствия для рынка труда также ощутимы. Когда компании сталкиваются с дефицитом финансирования, они откладывают найм и сокращают инвестиции в новые проекты. По данным Международного валютного фонда, каждый 1 % сокращения кредитования приводит к росту безработицы на 0,3 % в развитых экономиках. В 2015‑м году, когда в Европе наблюдался рост процентных ставок и отток капитала, уровень безработицы в Италии поднялся с 11,3 % до 12,5 % за полгода. На фоне массового вывода средств в ближайшие недели можно ожидать аналогичные скачки в странах с высоким уровнем долга.
Среди исторических примеров стоит упомянуть «золотой» кризис 1994‑го года в России, когда правительство попыталось вывести 30 млрд долларов из банковской системы, заменив их на валютные резервы. Это привело к падению рубля на 20 % за два месяца, инфляция всплеснулась до 12 % в год, а стоимость импортных товаров выросла вдвое. Сравним с текущей ситуацией: если в России в течение недели будет изъято 2 % от общей банковской массы — порядка 1,6 трлн рублей — последствия могут повторить тот же сценарий, только в более ускоренном темпе.
Не менее важен и психологический эффект. Финансовый панический настрой ускоряет продажу активов, поднимает волатильность и заставляет инвесторов искать «тихие гавани», такие как золото или криптовалюты. В 2013‑м году, когда биткойн подскочил с 13 000 до 19 000 долларов за две недели после новости о крупном оттоке средств из традиционных фондов, рынок криптовалют стал «шоковой» альтернативой, но одновременно привёл к росту спекулятивных пузырей. С учётом того, что в России объём оборота криптовалют в 2022‑м году превысил 800 млрд рублей, массовый вывод наличных может усилить приток капитала в такие нестабильные активы, что добавит рисков для финансовой стабильности.
В итоге, быстрый вывод всех сбережений в наличные в ближайшую неделю создаст цепную реакцию: падение депозитов, рост ставок, сокращение кредитования, рост безработицы и усиление паники на рынках. Экономика, основанная на доверии к финансовой системе, будет подвержена сильному шоку. Лучшее решение — сохранять диверсификацию активов, использовать проверенные инструменты хеджирования и следить за официальными рекомендациями центробанков. Только так можно минимизировать риски и не стать частью очередного финансового краха.