Китайская Народная Республика в этом году вновь оказалась в центре глобального внимания: Народный банк Китая (PBOC) отказался от ожидаемого снижения процентных ставок, несмотря на растущий международный прессинг. На заседании в начале сентября центральный банк оставил ключевую ставку по межбанковским кредитам на уровне 2,5 %, что уже третий квартал подряд сохраняет прежний уровень. Такая позиция выглядит неожиданной, учитывая, что инфляция в Пекине в августе упала до 0,9 % годовых, а в ряде провинций наблюдаются признаки замедления спроса. Вместо монетарных манипуляций руководство страны переключается на фискальные инструменты – расширение государственных расходов и ускорение инфраструктурных проектов.
Исторически Китай использует комбинацию монетарных и фискальных мер для стабилизации роста. После финансового кризиса 2008‑го года PBOC в течение пяти лет держал базовую ставку на уровне 6,5 %, а правительство одновременно инвестировало более 3 трлн юаней в железные дороги, автотрассы и энергообеспечение. В 2020‑м году, когда пандемия ударила по глобальной экономике, ставка была быстро снижена до 3,85 %, однако уже к середине 2022‑го рост долговой нагрузки и рост цен на нефть заставили центральный банк вновь ужесточить политику. Текущий курс напоминает период 2015‑го, когда Пекин отказался от резкого снижения ставок, предпочтя поддержать валютный курс юаня и укрепить доверие инвесторов.
Каков же экономический эффект такого решения? Сохранение ставки в 2,5 % ограничивает приток дешевого капитала в недвижимость, где цены в крупнейших городах в 2023‑м году уже упали на 12 % по сравнению с пиком 2021‑го года. Спрос на кредиты среди малого и среднего бизнеса, который в первом полугодии 2024‑го года сократился на 6 % по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, тоже замедлился. С другой стороны, фискальная политика уже проявила первые результаты: правительство объявило о выделении 2,2 трлн юаней на модернизацию энергетической инфраструктуры, а в рамках программы «Новый Шелковый путь» планируется построить 150 тыс. километров новых железнодорожных путей до 2030‑го года. Эти инвестиции могут создать до 5 млн новых рабочих мест и стимулировать спрос в отраслях, связанных с сырьевыми поставками и строительством.
Для иностранных инвесторов ситуация двойственная. С одной стороны, стабильный монетарный курс и отсутствие резкого ослабления юаня снижают валютный риск. С другой – замедление кредитования и рост долга в государственных компаниях могут ограничить рост корпоративных прибылей. В первом квартале 2024‑го года индекс Shanghai Composite вырос лишь на 0,7 % в отличие от 3,4 % в среднем за 2018‑2022‑е годы, что указывает на умеренную уверенность рынка. Фонды, ориентированные на китайский рынок, уже перераспределили часть портфеля в более «защитные» активы, такие как потребительские товары и технологии, связанные с 5G и искусственным интеллектом.
В итоге политика Пекинского банка, сфокусированная на удержании ставок и усилении фискального импульса, выглядит продуманным компромиссом между контролем инфляции и поддержкой роста. Пока инфляционные давления остаются низкими, а внешняя неопределённость – высокой, такой подход может сохранить экономический баланс. Однако долгосрочная устойчивость будет зависеть от того, насколько эффективно государство реализует инфраструктурные проекты и справится с нарастающим долговым бременем. Если фискальная поддержка окажется достаточной, Китай может избежать резкого спада и продолжить путь к стабильному росту, но игнорировать монетарные сигналы полностью будет рискованно. Вывод прост: в текущих условиях сочетание умеренной монетарной политики и активного фискального вмешательства – единственный путь к сохранению экономической стабильности Китая.