В октябре 2024 года Банк Японии опубликовал протоколы заседания, где политики ясно дали понять, что инфляция в стране может оказаться более упорной, чем ожидалось, а рост цен на активы представляет собой новый источник нестабильности. Инфляция потребительских цен в июле‑августе превысила 2,8 %, превысив целевой уровень 2 % и удерживая уровень, близкий к 3 % в течение шести месяцев подряд. Такое развитие заставило членов комиссии пересмотреть прежнюю оценку временного характера ценового давления.
Одним из главных пунктов протоколов стало упоминание о риске переоценки недвижимости. По данным Министерства земли, средняя цена жилой недвижимости в Токио за последний год выросла на 12 %, а в регионах, где спрос традиционно ниже, рост составил 8 %. Эти цифры приближаются к уровням, наблюдавшимся в предкризисный 2007 год, когда пузырь на рынке жилья сыграл ключевую роль в финансовом шоке. С учётом того, что японские семьи сохраняют высокий уровень сбережений — более 40 % от валового национального дохода, — любой скачок цен может вызвать резкое перераспределение капитала.
Не менее тревожным является рост стоимости акций. Индекс Nikkei 225 к концу октября превзошёл 35 000 пунктов, поднявшись на 7 % с начала года, тогда как средний показатель P/E (цена/прибыль) достиг 22, что выше исторического среднего в 17. Такая переоценка делает рынок уязвимым к корректировкам, особенно если инфляция не будет успевать за ростом доходов. В протоколах упомянуто, что политика «нормального» денежного стимулирования может стать препятствием для своевременной корректировки ценовых дисбалансов.
Ставка по межбанковскому кредитованию в Японии уже поднялась до 0,1 % после того, как в марте 2024 года Банк Японии впервые за 17 лет сократил свои покупательные программы. Однако в протоколах отмечено, что дальнейшее ужесточение может быть отложено, пока центральный банк будет собирать более полные данные о влиянии инфляции на реальные доходы населения. При этом рост заработных плат в 2024 году составил лишь 1,4 %, что значительно отстаёт от инфляционных темпов. Дисбаланс между доходами и ценами усиливает риск падения потребительского спроса.
Для международных инвесторов такие сигналы означают необходимость переоценки рисков в Японии. Снижение курса иены до 152 рубля за доллар в октябре уже подорвало доходность импортёров и увеличило стоимость внешних займов. Ожидается, что если инфляция продолжит держаться выше целевого уровня, то Банк Японии может ускорить процесс «снятия» стимулирующих мер, что в свою очередь может привести к резкому укреплению иены и росту стоимости японских экспортных товаров.
Исторический опыт показывает, что подобные периоды инфляционного давления в Японии часто сопровождались повышенной волатильностью на валютных и фондовых рынках. В 1990‑х годах, когда инфляция поднималась до 4 % в сочетании с ростом цен на недвижимость, Япония пережила серию спекулятивных пузырей, завершившихся глубоким спадом. Сравнивая текущие условия с теми событиями, аналитики подчеркивают, что своевременные меры могут ограничить масштаб негативных последствий.
В итоге, протоколы октябрьского заседания БОJ сигнализируют о двух основных угрозах: упорной инфляции и перегреве активов. Для экономики Японии это значит, что монетарные политики находятся под давлением, а инвесторы — перед выбором между риском и потенциальной прибылью. Если центральный банк сумеет найти баланс, риски могут быть смягчены, но игнорировать признаки перегрева будет стоить дорого. Вывод прост: текущая ситуация требует внимательного наблюдения и готовности к быстрым корректировкам стратегии как внутри страны, так и за её пределами.