Китайский юань уже несколько лет пытается выйти из зоны строгой зависимости от доллара США, но последние данные показывают, что внутренние реформы могут стать серьёзным испытанием для этой стратегии. По официальным цифрам Народного банка Китая, в 2023 году доля юаня в международных резервах достигла 2,4 %, тогда как доллар удерживал более 58 %. Это небольшое, но заметное увеличение, которое вряд ли будет достаточным, если не решить фундаментальные проблемы в финансовой системе страны.
Одной из главных преград остаётся ограниченный доступ иностранных инвесторов к китайскому банковскому сектору. Несмотря на то, что в 2022‑2023 годах объём прямых инвестиций в китайские облигации вырос до 200 млрд USD, большинство сделок всё ещё проходит через офшорные структуры, а не напрямую через национальные биржи. Такой подход создаёт «трещины» в попытке заменить доллар, потому что капитал остаётся частично закрытым для глобального рынка.
Внутренний рынок тоже не спешит облегчать путь юаню. С 2021 по 2024 год рост ВВП Китая замедлился с 8,1 % до 4,9 % в годовом выражении, а уровень корпоративных долгов достиг исторического максимума — около 270 % от ВВП. Высокая долговая нагрузка заставляет правительство сосредотачиваться на финансовой стабильности, а не на ускорении интернационализации валюты. При этом в 2024 году планируется введение новых требований к резервам банков, что может сократить объём свободных юаней в обороте.
Эти реформы уже отражаются на валютных рынках. По данным форекс‑новости, в течение первого полугодия 2024 года юань к доллару колебался в диапазоне 6,8–7,2 CNY/USD, тогда как в конце 2022 года курс находился в более узком коридоре около 6,4–6,5. Такая волатильность повышает издержки для компаний, импортирующих сырьё, и подрывает доверие к юаню как к стабильному резервному активу.
Для инвесторов это сигнал к переоценке рисков. Если реформы затянутся, китайские компании могут столкнуться с более дорогим финансированием, а валютные спреды — с ростом. С другой стороны, успешные шаги по либерализации финансового рынка могут открыть двери для новых потоков капитала и повысить роль юаня в глобальной системе. По мнению аналитиков, к 2030 году доля юаня в международных резервах может вырасти до 5 %, но только при условии последовательного выполнения реформ.
Не менее важным фактором остаётся геополитический контекст. С 2022 года США усилили санкционный прессинг, а Европейский союз начал рассматривать альтернативные валютные коридоры для торговли энергоресурсами. Китай, пытаясь занять более активную роль, запустил несколько инициатив по созданию «юанового клирингового центра» в Шанхае, который уже обслуживает более 150 млн долларовых сделок в год. Это показывает, что инфраструктурные изменения уже происходят, но они требуют времени, чтобы стать полноценной заменой доллару.
Внутренняя политика также меняет картину. В 2024 году правительство объявило о планах по постепенному переходу части государственных закупок на расчёт в юанях, что может увеличить внутренний спрос на валюту. Однако такие меры сопровождаются ужесточением контроля за капиталом, что ограничивает возможности для свободного обращения юаня за рубежом. Баланс между контролем и открытостью станет решающим тестом для реформы.
Подводя итог, можно сказать, что китайский юань находится на переломном этапе: он уже показывает признаки роста, но сталкивается с серьёзными структурными барьерами. Успех реформ потребует не только финансовой либерализации, но и стабилизации экономического роста и снижения долговой нагрузки. Если Китай сумеет справиться с этими вызовами, роль юаня в мировой финансовой системе может заметно возроснуть; если нет — доллар останется доминирующим резервным активом надолго. Для участников рынка важно следить за динамикой реформ и оценивать их влияние через такие ресурсы, как рейтинг брокеров, чтобы своевременно адаптировать свои стратегии.
