2025 год оказался поистине годом металлов. После двухлетнего спада спроса, вызванного глобальными перебоями в цепочках поставок, цены на медь, алюминий и никель резко взлетели. По данным Международного совета по металлам, в первом полугодии 2025 года стоимость меди выросла на 27 % и достигла 11 500 долларов за тонну, в то время как алюминий подорожал до 2 800 долларов за тонну, что на 22 % выше уровня 2023 года. Такое увеличение цен объясняется ростом спроса со стороны автомобильной и электроэнергетической отраслей, а также ускорением перехода к возобновляемым источникам энергии.
Одним из ключевых драйверов роста стали планы стран‑участниц «Зеленого соглашения», предусматривающие к 2030 году удвоить производство электроавтомобилей. По оценкам аналитической компании BloombergNEF, для производства батарей нового поколения потребуется в среднем 150 килограммов никеля на один мегаватт‑час, а мировое производство никеля в 2025 году выросло до 3,2 млн тонн, что на 15 % больше, чем в 2022 году. Параллельно рост инфраструктуры возобновляемой энергетики потребовал дополнительных поставок меди для кабелей и трансформаторов: в Китае и Индии было построено более 40 гигаватт новых солнечных и ветровых установок, требующих около 1,8 млн тонн меди.
Не менее значимым фактором стало возобновление добычи в странах‑производителях. В России в 2025 году открылась новая медедобывающая шахта в Красноярском крае, где запланировано выпускать 250 тыс. тонн меди в год. На континенте Африка также увидела рост инвестиций: в Демократической Республике Конго начали эксплуатацию два новых никелевых месторождения, суммарный ежегодный выпуск которых составляет 600 тыс. тонн. Эти проекты позволили сократить импортных поставок из Австралии, где в прошлом году из‑за экологических протестов добыча упала на 12 %.
Рост цен на металлы отразился и на финансовых рынках. Индекс Bloomberg Global Metals в 2025 году поднялся с 180 пунктов в начале года до 235 пунктов к концу года, что соответствует росту более чем 30 %. Инвесторы переориентировались на сырьевые ETF, а крупнейшие металлопроизводители, такие как Rio Tinto и Glencore, зафиксировали рост прибыли на 18 % и 21 % соответственно. При этом валютные колебания усилили давление на страны‑импортеры: курс рубля к доллару упал до 98, а индийская рупия — до 84, что увеличило стоимость импорта металлов в местных валютах.
С экономической точки зрения, повышение цен на металлы привело к росту инфляционных ожиданий в промышленном секторе. По данным Евразийского банка развития, средний уровень инфляции в странах‑производителях металлов в 2025 году составил 5,7 %, тогда как в импортёрах — 4,3 %. Это создало предпосылки для ужесточения монетарной политики в США и Европе, где Федеральный резерв поднял ключевую ставку до 5,25 %, а Европейский центральный банк — до 4,0 %.
Итого, 2025 год подтвердил, что металлы стали стратегическим ресурсом новой энергической эпохи. Рост спроса, расширение добывающих проектов и резкое повышение цен изменили баланс сил в глобальной экономике. Страны, способные обеспечить стабильные поставки меди, алюминия и никеля, получили конкурентное преимущество, а инвесторы, вложившиеся в металлургию, увидели значительные доходы. Будущее будет зависеть от того, насколько быстро отрасли смогут адаптироваться к повышенной волатильности цен и обеспечить устойчивое развитие добывающих процессов. Конечный вывод прост: металл в 2025 году стал не только товаром, но и ключевым фактором макроэкономической стабильности.