В этой статье мы хотим разобраться, кто именно идёт в МФО, что толкает людей к «быстрым деньгам», какие экономические и психологические причины стоят за этим выбором. Поговорим о рисках, привычках, иллюзиях и реальности микрозаймов. А в конце дадим тест, который поможет посмотреть на собственные финансовые привычки со стороны.
Сергей Гришин — российский бизнесмен и владелец группы компаний в финансовом секторе, работающих в России и Казахстане, с совокупной капитализацией более 4 млрд рублей. Вместе с партнёрами он вывел финансовый холдинг Freedom Finance на IPO технологической биржи Nasdaq — редкий для российского рынка кейс международного масштаба. Сергей хорошо понимает, как устроены деньги, и может рассказать о МФО и людях, которые туда обращаются.
Сергей Гришин
CEO Capital Leasing Group, президент Freedom Finance, учредитель проектов Kilt, Aspire Fund Management, Orsha River Club и ЗМК Строй, основатель МФО 495 КРЕДИТ.
Сейчас Центробанк ввел такие ограничения, когда людям без постоянного дохода сложно взять кредит. Есть пруденциальный норматив: человек не должен быть закредитован, а также его доход должен соответствовать кредитным выплатам.
Несмотря на высокие процентные ставки люди продолжают брать займы в микрофинансовых организациях по очень простой причине – в крупных банках им уже отказали. А В МФО требования упрощены. Поэтому, ввиду отсутствия альтернатив, высокая ставка не пугает. Природа МФО заключается в том, что мы выдаем за более высокую ставку, а берем на себя больше риска.
У регулятора сейчас будут ужесточаться ограничения. И, если все это будет осуществлено, то рынок займов до зарплаты сильно сократиться.
Одно из самых болезненных ограничений: не больше одного дорогого займа в одни руки. Также планируется введение заморозки: пока не вернул один займ, второй взять не можешь. А сейчас у клиентов в среднем 7-8 займов.
По моим прогнозам, это будет означать, что люди начнут занимать у не лицензированных компаний, потому что потребность занимать у них не пропадет. С другой стороны рынок МФО начнет выдавать более качественным клиентам, соответсвенно под меньший процент.
Комментарий Сергея Гришина важен тем, что он показывает логику рынка со стороны крупного игрока: мол, регулирование ужесточается, но потребность людей в быстрых деньгах никуда не исчезает. Это взгляд изнутри индустрии — со стороны капитала, рисков и институциональных решений.
Но чтобы понять, почему спрос остаётся таким устойчивым, нужно посмотреть на ситуацию глазами тех, кто работает с массовым клиентом и видит повседневную финансовую реальность людей. Эту перспективу даёт Татьяна Мичурина, основатель CPA-сети FCN, которая связывает рост микрозаймов не столько с продуктом, сколько с изменением самой модели жизни и доходов.
Татьяна Мичурина
Основатель CPA-сети FCN, партнёрской сети Devtek, платформы для SMS-рассылок SMSAds, платёжной системы Bemorepay.
Рост объёмов микрозаймов и одновременно резкое увеличение просроченной задолженности — это отражение того, как изменилась финансовая модель жизни большого числа россиян.
Люди идут в МФО не потому, что «не понимают проценты». В большинстве случаев они прекрасно осознают, что это дорого. Но МФО решают другую задачу: дают быстрые деньги здесь и сейчас без сложных проверок, справок и ожиданий, тогда как банки становятся всё более консервативными в выдачах.
Главная причина спроса — разрыв между доходами и текущими расходами. У значительной части населения нет финансовой подушки, а любые внеплановые траты такие, как лечение, ремонт, поездки, долги, обучение детей, превращаются в кассовый разрыв. МФО становятся инструментом закрытия этих дыр.
Вторая важная причина — рост нестабильных форм занятости. Самозанятые, фрилансеры, работники проектной экономики часто получают доход неравномерно. Сегодня деньги есть, завтра — нет. Банки плохо работают с таким профилем клиента, а МФО, наоборот, подстроили скоринг под нестабильные доходы. Поэтому связь между ростом самозанятости и популярностью микрозаймов прямая.
Третья причина — психологическая. Для многих микрозайм перестал быть крайней мерой и стал привычным финансовым инструментом: занять до зарплаты, перекрыть старый долг, закрыть срочный платёж. Формируется поведенческая модель постоянного краткосрочного заимствования, которая по своей природе близка к зависимости. Человек начинает жить в режиме вечного перекредитования.
Важно отметить, что значительную долю заёмщиков сегодня составляют работающие люди с постоянным доходом. Это не только социально уязвимые группы. Всё чаще в МФО идут офисные сотрудники, водители, продавцы, специалисты сферы услуг — те, у кого есть зарплата, но она не покрывает реальную стоимость жизни.
Рост продаж долгов коллекторам говорит о том, что система перегревается. Чем чаще россияне перекрывают один займ другим, тем быстрее они заходят в спираль задолженности.
Если смотреть на перспективу 3–5 лет, рынок МФО будет трансформироваться. Регулятор продолжит закручивать требования к процентам, скорингу и защите заёмщиков. Часть мелких игроков уйдёт с рынка. Останутся более крупные компании, бизнес которых будет всё активнее смещаться в сторону цифровых сервисов, рассрочек, гибридных кредитных продуктов и работы с данными.
При этом спрос на микрозаймы никуда не исчезнет, пока у населения будут нестабильные доходы при отсутствии финансовых накоплений. МФО — это не причина проблемы, а симптом экономики, в которой всё больше людей живут от платежа до платежа.
Татьяна Мичурина очень точно описала человеческую сторону рынка, где микрозаймы — это часть повседневной жизни тех, кто не может найти финансовую стабильность. При этом она подчёркивает, что клиенты микрофинансовых организаций — это не только социально уязвимые группы. Это могут быть вполне благонадёжные люди.
Артем Быков имеет обширный опыт работы в финансовом секторе: он работал в OTP Bank, BNP Paribas и «МигКредит», а в январе 2025 года назначен генеральным директором Moneyman. Если у Татьяны фокус на заёмщике, то у Артема — на том, как рынок перестраивается под нового клиента, особенно под самозанятых и малый бизнес.
Артем Быков
Генеральный директор Moneyman (входит в финтех-группу «Свой»).
Связь между ростом самозанятости и востребованностью услуг сервисов альтернативного кредитования безусловно есть. Небольшие предприниматели часто испытывают потребность в быстрых и «коротких» деньгах на нужды своего дела — на пополнение оборотного капитала, закрытие кассовых разрывов и пр. Поэтому кредиторы сейчас активно смотрят в сторону разработки и запуска соответствующих продуктовых линеек.
Помимо граждан, работающих в статусе самозанятых, микрокредиты берут представители малого и среднего бизнеса, для которых могут предлагаться залоговые продукты, в частности, речь идет о займах под залог ПТС. В текущих регуляторных реалиях сами МФО тоже заинтересованы в масштабировании и выходе в смежные сегменты.
На данный момент с учетом обширных и фундаментальных законодательных нововведений в микрофинансовом секторе рынок находится в состоянии неопределенности, что затрудняет дальнейшие прогнозы. Но с уверенностью можно сказать, что в будущем сектор ждет серьезная консолидация, к концу 2027 года покинуть его могут до 50% игроков от текущего количества.
По данным ЦБ на конец I полугодия 2025 года, на долю Топ-20 крупнейших представителей сектора МФО приходилось 65% от совокупного портфеля займов. Весомое преимущество с точки зрения дальнейшего успешного функционирования будет у игроков, входящих в состав холдинговых структур с диверсифицированным бизнесом, что окажет существенную поддержку для эффективной работы в новых реалиях.
Чтобы понять важность «быстрых денег» для самих заёмщиков, важно услышать точку зрения юриста, который ежедневно работает с последствиями долговой нагрузки.
Михаил Хомяков — юрист, эксперт по банкротству, учредитель ГК Федерал Групп. Он видит рынок не со стороны выдачи займов, а со стороны финала этой истории: когда кредиты и микрозаймы складываются в огромный ком и человек приходит уже не занимать, а спасаться.
Михаил Хомяков
Юрист, арбитражный управляющий, учредитель ГК «Федерал Групп».
Несмотря на рекордные показатели просроченной задолженности в МФО — 113,4 млрд рублей в 2025 году (+27,4% к 2024-му) — спрос на микрозаймы не только не падает, но и продолжает расти. Это явление, на первый взгляд парадоксальное, объясняется сложной комбинацией экономических трудностей, социальной уязвимости, поведенческих ошибок и структурных сбоев в финансовой системе.
Микрофинансовые организации (МФО) перестали быть «последней надеждой» — они стали массовой, почти привычной альтернативой банковским кредитам, особенно для тех, кто не вписывается в традиционные финансовые рамки.
Главная причина — реальное падение реальных доходов. При инфляции выше 7% и росте цен на продукты, ЖКУ и топливо, даже у работающих с постоянным доходом возникает финансовый разрыв между зарплатой и необходимыми расходами. По данным ВЦИОМ (2025), 58% россиян испытывают дефицит средств к концу месяца — и 34% из них обращаются за займом в МФО, чтобы закрыть «пробел» до следующей зарплаты.
Чтобы взять кредит в банке, кредитору нужны:
- стабильный официальный доход;
- стаж работы от 6 месяцев;
- положительная кредитная история;
- документы, которые не все могут предоставить;
МФО же выдают займ за 15 минут по паспорту и СНИЛС — без справок, поручителей и проверки кредитной истории. Для человека, которому нужно 5 000 рублей на лекарства, ремонт машины или оплату коммунальных услуг, это единственный доступный вариант.
Не секрет, услугами МФО в большинстве пользуются уязвимые группы:
- многодетные семьи с низким доходом;
- пенсионеры, получающие минимальную пенсию;
- люди с неофициальным доходом;
- жители малых городов и сельской местности, где банки отсутствуют.
Особенно растёт спрос к услугам МФО среди самозанятых — в 2025 году их число превысило 7,2 млн человек. Они не имеют стабильного дохода, не проходят банковскую проверку, но часто сталкиваются с непредвиденными расходами: ремонт оборудования, налоги, медицинские счета. МФО — их единственный финансовый инструмент.
Кроме того, в условиях слабой социальной защиты (ограниченные субсидии, сложности с получением пособий) люди не ждут помощи от государства — они сами решают свои проблемы.
Почему люди идут в МФО? Ключевую роль играют психологические механизмы:
- краткосрочное мышление: человек оценивает только «сегодняшнюю» проблему, игнорируя будущие проценты;
- иллюзия контроля: «Я верну через неделю — когда получу аванс»;
- эффект «психологического буфера»: микрозайм воспринимается как небольшая сумма, а не как долг под 1% в день (что эквивалентно 365% годовых);
- цикличность долга: 47% заемщиков, по данным ЦБ РФ (2025), берут новый займ, чтобы погасить старый — формируется финансовая зависимость.
Кроме того, модель регулярных обращений в МФО подогревают маркетинговые механики: займы под 0%, скидки за повторные заявки, персональные предложения. Сюда же добавляются SMS-рассылки и демонстративная лояльность к дисциплинированным клиентам, которая сохраняется ровно до тех пор, пока платежи поступают без задержек.
Финансовая зависимость от МФО — реальность. Она похожа на игорную зависимость: кратковременное облегчение, долгосрочная ловушка.
Исследования Финансового университета показали, что в 2025 году 31% регулярных заемщиков МФО испытывают стресс, тревогу и чувство вины, но продолжают брать займы, потому что не видят альтернативы. При этом, по данным Росстата и ЦБ РФ, 41% заемщиков МФО имеют официальную работу и стабильный доход. Почему так происходит:
- Банк отказал — например, из-за небольшого стажа на последнем месте или «плохой» кредитной истории (даже если долг был погашен).
- Нужно срочно — банк даёт решение за 3–7 дней, МФО — за 15 минут.
- Нужна малая сумма, в то время как банки не тратят свое время на мелкие займы.
- Страх перед бюрократией — «лучше МФО, чем тратить день на справки».
Таким образом, МФО стали вторичной финансовой инфраструктурой. Особенно для самозанятых.
Самозанятые — это главный драйвер роста МФО. В 2025 году их число превысило 7,2 млн — почти 10% активной рабочей силы. Они не получают отпускные, больничные, не имеют кредитной истории. Их доход — неравномерный: то 50 тыс. в месяц, то 5 тыс. Налоги, страховые взносы, ремонт техники — всё это требует наличных.
Касаемо будущего, через 3–5 лет рынок МФО, по моему мнению, пройдёт три последовательные фазы.
Фаза 1: ужесточение условий выдачи займов. Уже действуют ограничения по ставке до 1% в день, запрет на перекредитование, обязательная проверка платежеспособности и лимит на количество активных займов.
Фаза 2: консолидация рынка и вытеснение мелких игроков. Значительная часть небольших МФО обанкротится или будет поглощена крупными структурами, а выживут те, кто внедрит алгоритмы анализа рисков и цифровую интеграцию с государственными сервисами.
Фаза 3: трансформация в цифровой социальный сервис, когда крупные МФО начнут предлагать не только займы, но и платежные инструменты, сервисы планирования бюджета, консультации по финансовой грамотности и механизмы рефинансирования через банковские партнёрства.
Тем не менее рынок «быстрых денег» не исчезнет — он эволюционирует. Он станет не инструментом эксплуатации, а частью цифровой финансовой экосистемы для тех, кого банки игнорируют. Но без радикального роста финансовой грамотности и укрепления социальной защиты — долговая зависимость останется. МФО — это не причина, а симптом. Главная проблема — недостаток финансовой безопасности у широких слоёв населения.
Мой вывод такой: люди берут микрозаймы не потому, что глупы или безответственны — они делают это, потому что система им не помогает. МФО — это ответ на провал банковской инклюзии, социальной политики и финансовой грамотности. Пока государство не обеспечит доступ к дешёвым, прозрачным и безопасным финансовым инструментам для всех, МФО будут оставаться «последним шансом» — и, к сожалению, «последней ловушкой».
Антон Михайлов, основатель и генеральный директор московской компании Банкрот-Сервис, сравнил ситуацию с людьми, которые идут в МФО, с «уловкой 22» и предложил очень точную метафору происходящего.
Антон Михайлов
Основатель, генеральный директор ООО «Банкрот-Сервис».
Отвечу сразу на один из главных вопросов: почему люди идут занимать деньги в МФО? Заёмщики обращаются по нескольким причинам. Им отказали в банках в силу высокой кредитной нагрузки или просрочек; нет стабильного или официального заработка; возраст — молодёжь и пожилые люди чаще получают отказы в банках. Все эти негативные, если можно так их назвать, факторы МФО готовы нивелировать. Но нужно учитывать, что микрофинансовый рынок сейчас и 10–15 лет назад — это два абсолютно разных контекста.
На текущий момент максимальная ставка в микрофинансовых организациях ограничена, работа с просрочкой урегулирована законодательно, штрафы и пени регламентированы.
Сейчас, когда человек берёт займ в МФО, он может быть уверен, что в случае наступления критического момента (просрочки) с него не взыщут свыше положенного по закону. Люди начали понемногу доверять МФО, но это, конечно же, не главная причина высокого спроса на услуги микрофинансистов.
В силу нашей работы мы часто сталкиваемся с клиентами, которые сильно закредитованы. На основании анализа тысяч кредитных историй людей, проходящих процедуру банкротства, можно сделать простой вывод: долговая яма почти всегда начинается с банковских кредитов, а заканчивается займами в МФО.
Очень редко люди целенаправленно кредитуются только у микрофинансистов. Это вынужденная мера, направленная в большинстве случаев на то, чтобы займом МФО перекрыть платежи по кредитам. Привычкой это назвать сложно, это скорее последний рубеж, к которому прибегают заёмщики, чтобы обслуживать свои кредиты.
Насчёт отказов в банках — пожалуй, это основная причина обращений в МФО. Отказывают зачастую и клиентам с хорошей кредитной историей, но с большой долговой нагрузкой. Для МФО банковский клиент желанный, но в обратную сторону, к сожалению, это не работает. Взяв однажды микрозайм, человек надолго отрезает себя от банковских кредитов.
Отметим, доход и обращение в МФО, на наш взгляд, связаны не очень тесно. Обращение в МФО — это вынужденная мера, когда заёмщик отрезан от банковских предложений. А отрезан он потому, что кредитуется в МФО. Это своего рода «уловка 22»: иду в МФО, потому что не дают в банках, а в банках не дают, потому что кредитуюсь в МФО. У человека с постоянным доходом может быть предельно высокий ежемесячный платёж по всем обязательствам, и если деньги нужны срочно, в такой ситуации спасает только МФО.
В этом же контексте мы не видим прямой связи между ростом самозанятости и популярностью МФО. Сам факт перехода в статус самозанятого не толкает человека к микрозаймам автоматически. Решение обратиться в МФО чаще продиктовано кредитной историей и текущей долговой нагрузкой, а не формой занятости.
Касаемо перспектив, 2026–2027 годы, конечно, изменят ситуацию на микрофинансовом рынке: займы с высокой долговой нагрузкой будет брать сложнее, доход будет проверяться тщательнее, а взять займ для погашения предыдущего будет невозможно. Однако эти изменения пока только в процессе. До недавнего времени просрочка, высокая нагрузка и прочий негатив не были препятствием для получения микрокредита. Поэтому основные причины обращений — легкодоступность, низкие требования к заёмщику и удобство оформления онлайн.
В целом рынок МФО вряд ли исчезнет через 3–5–15 лет, да и вряд ли он исчезнет вообще. Однако значительные изменения он всё-таки претерпит. 10 лет назад в реестре МФО было более 4 000 компаний, сейчас около 1 000. И это при том, что ЦБ планомерно чистит рынок от неблагонадёжных игроков и продолжит делать это в пятилетней перспективе. Останутся крупные независимые и кэптивные участники, которые могут позволить себе ресурсы на изменения, внедряемые регулирующими органами; небольшим МФО просто станет невыгодно работать, и они будут вынуждены покинуть рынок.
Мы услышали разные точки зрения. Одни считают, что к микрозаймам чаще прибегают люди, которые не умеют управлять финансами. Другие говорят о социальной уязвимости и кассовых разрывах. Третьи обращают внимание на рост самозанятости и нестабильные формы занятости как на главный драйвер спроса. Картина получается неоднородная и даже спорная.
Но в одном наши эксперты сходятся: микрофинансовый рынок существует не в вакууме. Он отражает состояние экономики и уровень финансовой безопасности людей. Пока у значительной части населения нет накоплений и стабильной подушки, «быстрые деньги» будут востребованы. И в этом смысле уместно вспомнить ту самую «уловку 22» — замкнутый круг, в котором финансовая нестабильность подталкивает к займам, а займы со временем эту нестабильность усиливают.
Да, бывают ситуации, когда деньги нужны срочно — на лечение, ремонт, экстренные расходы. Здесь вопросов нет. Но когда человек идёт занимать просто потому, что не рассчитал бюджет до зарплаты, это уже повод задуматься. Либо доход объективно не покрывает базовые потребности, либо есть проблема с финансовой дисциплиной. И в обоих случаях микрозайм становится не решением, а симптомом.
Тест: склонны ли вы брать деньги в МФО
10 вопросов, 2–3 минуты. Это не диагноз и не финансовая рекомендация, а проверка привычек: что вы делаете при кассовом разрыве и насколько вы рискуете уйти в «короткий долг».
