Бычий натиск на биткоин достиг уровня $91 000 в начале 2026 года, и рынок уже ощущает его последствия. После того как в ноябре 2023 года цена впервые перескочила $40 000, в 2024‑м году актив стабильно рос, а к середине 2025 года удерживался в диапазоне $55‑65 000. Теперь, когда торговый объём стабильно превышает $12 млрд в сутки, трейдеры считают, что новая вершина уже близка. Такой рост не происходит в вакууме: глобальная инфляция в США снизилась до 2,1 % в последнем квартале, а центральные банки в ЕС и Японии начали смягчать монетарную политику, что освободило капитал для более рискованных активов.
Исторически аналогичные скачки сопровождались волной институционального интереса. В 2017 году, когда биткоин впервые пробил $20 000, объёмы торгов на биржах выросли в пять раз, а капитализация рынка превысила $330 млрд. Тогда же крупные фонды, такие как Grayscale и Fidelity, запустили свои биткоин‑фонды, что привело к притоку более $30 млрд новых инвестиций. По сравнению с тем периодом, текущие притоки выглядят более умеренными, но всё равно значительными: в первые три месяца 2026 года в криптовалютные фонды было вложено около $45 млрд, а общий объём активов под управлением превысил $1,2 трлн.
Увеличение цены до $91 000 усиливает эффект богатства среди держателей биткоина, которые в 2025 году уже владели около 15 % от общей эмиссии, то есть более 2,5 млн монет. Их портфели стали заметным фактором в балансе крупных технологических компаний, многие из которых объявили о частичном хеджировании рисков через фьючерсы. Появление таких финансовых инструментов снижает волатильность, но одновременно привлекает внимание регуляторов. В США Комиссия по ценным бумагам уже предложила ужесточить правила отчётности для бирж, торгующих деривативами на биткоин, что может увеличить административные издержки, но и придать рынку большую легитимность.
Для макроэкономики рост биткоина оказывает двойственное влияние. С одной стороны, он предоставляет инвесторам альтернативный способ сохранения капитала, снижая давление на традиционные активы, такие как золото или государственные облигации. С другой – быстрый рост цены может спровоцировать отток средств из банковской системы, особенно в странах с нестабильной валютой. В Индии и Нигерии, где криптовалютные транзакции уже составляют более 5 % всех онлайн‑платежей, рост биткоина может ускорить цифровизацию финансовой инфраструктуры, но также создать новые вызовы для монетарных властей.
В конечном итоге, бычий драйв к $91 000 демонстрирует, что биткоин уже не просто спекулятивный актив, а интегрированный элемент глобального финансового ландшафта. При условии сохранения высокого объёма торгов и роста институционального интереса, рынок может увидеть дальнейшее укрепление цены, но только при согласовании интересов инвесторов и регуляторов. В противном случае резкое регулирование способно быстро сменить бычий настрой на медвежий. На сегодняшний день всё указывает на продолжение текущего подъёма, однако инвесторам стоит помнить о рисках и готовиться к возможным колебаниям. Вывод прост: биткоин в 2026 году становится всё более влиятельным игроком, а его движение к $91 000 может стать драйвером новых финансовых тенденций, если рынок сохранит устойчивый объём и поддержит баланс интересов.